П. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 234, ч. 3 ст. 30 ч. 2 ст. 234 УК РФ, а именно, в незаконном обороте ядовитых веществ. Кроме того, из предъявленного П. обвинения следует, что он заведомо знал о незаконности инкриминируемых ему действий, следовательно, должен был (или имел возможность) знать, что металлическая ртуть отнесена к категории ядовитых веществ.

Как известно, статья 234 УК РФ по своей правовой форме представляет скрытую бланкетную норму, так как диспозиция статьи подразумевает наличие иного нормативного правового акта, определяющего не указанные в самой статье признаки преступления.

В российском законодательстве, равно как и в актах международного права, понятие “ядовитые вещества” не раскрывается. Единственное в российском законодательстве юридическое определение ядовитых веществ содержится в самой статье 234 УК РФ: ядовитыми, признаются вещества, “не являющиеся наркотическими средствами или психотропными веществами”.

В Федеральном законе “О наркотических средствах и психотропных веществах” ядовитые вещества не упоминаются. Умалчивает о них и Федеральный закон от 22 июня 1998 года № 89 “О лекарственных средствах”. Федеральным законом от 8 августа 2001 года № 128-ФЗ “О лицензировании отдельных видов деятельности” о ядовитых веществах ничего не говорится.

Неизвестно не только определение этих веществ. Нигде не определены критерии отнесения к данной категории тех или иных веществ.

Единственным законом, регулирующим отношения, связанные с сильнодействующими и ядовитыми веществами, является опять-таки УК РФ.

Те Списки сильнодействующих и ядовитых веществ, на основе которых довольно активно применяется в настоящее время статья 234 УК РФ, утверждаются вне правового поля и не обладают юридической силой. Данные Списки изданы и регулярно пересматриваются Постоянным комитетом по контролю наркотиков (ПККН) – экспертной организацией, ранее действовавшей при Минздраве России, а затем утратившей даже такую приставку. Очевидно, что ПККН не имеет правомочий принимать нормативные акты, тем более затрагивающие права, свободы и обязанности человека. Наступление уголовной ответственности на основании неких “протоколов” заседаний “президиума” экспертной группы, никем на это не уполномоченной, противоречит базовым принципам права.

Поскольку Списки ПККН не являются нормативными правовыми актами, они официально не опубликованы. Следовательно, их не обязаны, да и не могут знать те, кого привлекают к уголовной ответственности за оборот веществ, режим ограничений в отношении которых официально не обнародован. Публикацию Списков в специальном издании “Новые лекарственные препараты” нельзя считать официальным опубликованием. В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 23 мая 1996 года № 763 “О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти”, нормативные правовые акты, не прошедшие государственную регистрацию, а также зарегистрированные, но не опубликованные в установленном порядке, не влекут правовых последствий и не могут служить основанием для регулирования соответствующих правоотношений, применения санкций к гражданам, должностным лицам и организациям за невыполнение содержащихся в них предписаний, на указанные акты нельзя ссылаться при разрешении споров.

Так, 07 июня с.г. нами были направлены адвокатские запросы в редакцию журнала “Новые лекарственные препараты” (главный редактор – председатель ПККН Бабаян Э.А.), в ФГУ “Российская национальная библиотека”, в СПб. ГУК “Централизованная библиотечная система Фрунзенского района”, в СПб.ГУК “Межрайонная централизованная библиотечная система им. Лермонтова”.

Из полученных и прилагаемых к настоящему ходатайству ответов библиотек следует, что читатели (граждане) не имеют возможности ознакомиться со списком сильнодействующих и ядовитых веществ.

Письменный ответ из ПККН на вышеуказанных адвокатский запрос (прилагается) на настоящее время не получен. Однако, из телефонного сообщения от 20 июня с.г. усматривается, что ответ будет направлен 21 июня с.г. после 12 часов, а по сути вопроса даны разъяснения, в соответствии с которыми журнал “Новые лекарственные препараты” с опубликованным в нем списком сильнодействующих и ядовитых веществ за 2006 г. рассылался только подписчикам, а также в учреждения Минздрава России, МВД России, ГТК РФ.

Как видно из материалов дела в отношении П. и др., единственным документом в уголовном деле, из коего бы следовало, что металлическая ртуть является ядовитым веществом и включено с списки сильнодействующих и ядовитых веществ Постоянного комитета по контролю наркотиков, является заключение судебной экспертизы.

Однако, как следует из Федерального закона о государственной судебно-экспертной деятельности в РФ, судебная экспертиза назначается и проводится в целях разрешения вопросов, требующих специальных познаний в науке, технике, ремесле и пр., но не по вопросам правового характера.

Категория “ядовитые вещества” не является категорией естественно-научной либо производственно-технологической классификации веществ, а носит сугубо правовой характер, поэтому лишь на основании выводов судебной экспертизы суд лишен возможности решать вопрос о том, подпадают ли действия по обороту вещества под диспозицию ст. 234 УК РФ или нет. Официально же опубликованных списков сильнодействующих и ядовитых веществ не существует.

Из смысла Закона, как и из смысла вообще, следует, что граждане не могут привлекаться к уголовной ответственности за преступления в сфере оборота веществ, перечень (списки) которых им недоступны.

Именно такая ситуация имеет место по уголовному делу П. и др.

Таким образом, усматриваются основания для прекращения уголовного дела в отношении П. за отсутствием события преступления (п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ).

В связи с вышеизложенным,

1. Прекратить в отношении П. уголовное дело в связи с отсутствием события преступления.

Прошу рассмотреть ходатайство по существу и приобщить к материалам уголовного дела.

Приложения: 4 листа.

рег. № 78/4143, уд. АП СПб.